Рубрика
Культура

Михаил Боярский о своей Франции

Впервые я приехал во Францию со спектаклем «Интервью в Буэнос-Айресе» в 1978 году. Были мы недолго – около двух недель, но эта первая поездка потрясла меня до глубины души. Конечно, я рисовал себе в голове другую Францию, немного старинную – времен Дюма, Бальзака, Мопассана, с узкими мощеными улочками, лошадьми, красотками в летящих платьях. Но меня их отсутствие никоим образом не смутило. Я прошел весь мушкетерский Париж. Дом, где, возможно, жил де Тревиль, где обитали Арамис и Портос, монастырь Дешо (он есть до сих пор), в котором так и не состоялась дуэль д’Артаньяна с Атосом. Мне повезло с провожатым, француженка Вивиан Годе, которая тогда была женой Кончаловского, показала мне весь город, такие его места, о которых, кажется, не знали сами парижане. Я находился на таком эмоциональном подъеме, что практически не спал все эти дни. Как в белые ночи сумасшедшие ходят по Петербургу, так и я бродил по Парижу и не мог от него оторваться.

В последний день спектакля пришел Жан-Луи Барро (выдающийся французский актер и режиссер – прим.ред.), потрясающий, с лучезарной улыбкой, и предложил нам отметить окончание гастролей. И принес… бутылку вина. Одну. Может быть, оно было очень дорогое, все тогда плохо это понимали. Но мы, человек двадцать труппы, переглянулись, и поняли, что это как-то не по-нашему. Поэтому стол накрыли быстро. Кто-то принес водки из своих запасов, кто-то – банки икры (а что еще было везти в капиталистическую страну, кроме этого?), и организовали нормальный русский праздник с тостами за великого французского актера, разумеется.

Потом, конечно, я приезжал сюда очень часто. Познакомился с французами, которые, несмотря на то, что о них думают и говорят, оказались очень гостеприимными людьми. Я приезжал с дочерью, потом с сыном, и недавно привез сюда внука. Его трехлетие мы отмечали в ресторане Jules Verne, что на Эйфелевой башне. В том самом ресторане, столики в котором бронируются чуть ли не за полгода. Конечно, он вряд ли что запомнил, но для моей жены было крайне важно подарить ему тот день в самом красивом городе Земли. Хотя, надо признать, Париж за эти почти сорок лет поменялся, и не могу сказать, что в лучшую сторону. Мне это заметно в ретроспективе. Скажем так, он стал менее опрятным, менее душевным и спокойным.

Нет, я не проехал по всем «мушкетерским» местам. Не был ни в Нор-Па-де-Кале, откуда д’Артаньян уплывал в Англию за подвесками, ни в Ля Рошели, которую защищала знаменитая четверка. Для этого, все же, нужно, наверное, увлекаться автотуризмом. Вот Венька Смехов так и ездит, а я – нет. Из всех мест во Франции, я определил для себя два знаковых – это Париж, ну, и конечно, Прованс. Каждый его приморский город с кафешками, фланирующими по променаду местными жителями, уютными музеями и непередаваемой атмосферой Юга. Кстати, свою первую в жизни шляпу я купил в Марселе. С нее то все и началось. У многих моих друзей там теперь уже дома, куда я иногда наведываюсь в качестве гостя. У кого-то даже есть винные подвалы, поэтому я вволю могу надегустироваться и бургундского и анжуйского. Но, все же, по старой русской традиции, предпочитаю водку.

Я обожаю французских певцов – от Монтана до Азнавура. Лео Ферре, Жорж Брассанс – лучшие представители французской сцены. Не французский рок-н-ролл, упаси боже, потому рок-н-ролл – это, конечно, английское изобретение. Именно настоящий французский шансон, от которого кружится голова и хочется жить. Я не понимаю французского, хотя бабушка моя говорила на нем совершенно свободно, но сама мелодика и голос, от которого проходит по телу электрический ток – вот это для меня настоящая французская музыка.

Россия всегда с пиететом смотрела на Францию. Русских еще со времен Наполеона завораживала эта страна – ее культура, искусство, художники, писатели. Она всегда манила нас и, может быть, не зря мы всегда туда стремились. Лично для меня, Франция, начавшаяся мушкетерами, открылась невероятным Моне, в картинах которого можно абсолютно раствориться, а в его садах Живерни остаться жить навеки и быть счастливым.

Я стал ленив и тяжел на подъем. Я не Тур Хейeрдал, и уже наездился. Теперь любым поездкам я предпочитаю свою дачу на берегу Финского залива. Так что, оценив по достоинству все красоты Франции, полюбовавшись на Версаль и его сады не раз и не два, я понял, что мне останется множество воспоминаний. Достаточно ярких, чтобы ни о чем не жалеть.

 

Опубликовано в журнале «5Республика» №13 — купить/скачать

← В нажатии кнопки «Нравится» - 0 калорий и много интересного