Рубрика
Культура

Невыносимый Серж

gainsbourg-zahod
Самый скандальный и, пожалуй, самый великий шансонье Франции покинул нас уже почти четверть века назад. О нем все сказано, написано и даже снято. Но до сих пор поклонники его творчества приходят на 5 rue de Verneuil, в 6-м округе Париже, чтобы расписаться (в буквальном смысле этого слова – на стене дома) в своей любви к нему. Этого enfant terrible должны были бы проклясть и забыть, но, как это случается с по-настоящему «плохими мальчиками», им, кажется, будут восторгаться до скончания дней.

Генсбур создавал звезд

Несмотря на свое явно джазовое прошлое, именно Генсбур стоял у истоков создания музыкального направления yé-yé – своего рода кальки английской попсы, перенесенной на галльскую землю. На самом деле, этого не случилось бы, не пребывай Генсбур в начале 60-х в творческом ступоре. Но судьба подкинула ему Франс Галль, шестнадцатилетнюю барышню, которую отец, сам в свое время писавший тексты для Эдит Пиаф и Азнавура, мечтал сделать звездой. Первая же написанная Генсбуром для юной блондинки песня «N’écoute pas les idoles», попадает на 9-е место хит-парада. Тем же летом генсбуровская «Laisse Tomber Les Filles» в исполнении Галль оказывается в топе радиоэфиров. Годом позже, Франс Галль отправляется с песней «Poupée de Cire, Poupée de Son» на конкурс Евровидения в Неаполь, и мгновенно становится звездой.
Но Генсбур не был бы Генсбуром, если бы не устроил скандал буквально на пустом месте. То ли от скуки, то ли потому что от природы был провокатором. В 1966 году он пишет для Галль милую песенку “Les Sucettes” (Леденцы), и та пользуется бешеным успехом, пока девушке не объясняют, что у текста двойное значение, а «леденцы», танцующие в клипе, так вообще явно фаллические. Обидевшаяся барышня разрывает все отношения с Сержем. Надо сказать, зря. С тех пор, сколько бы она ни старалась, ни одного по-настоящему крутого хита Галль не записала.

gainsbourg1

Генсбура обожали женщины

Для нас это навсегда останется величайшей загадкой тысячелетия, наравне с египетскими пирамидами и лохнесским чудовищем. Считать Генсбура красивым, или хотя бы привлекательным, могла, пожалуй, лишь его еврейская мама из Смоленска. И между тем этого неопрятного, носатого и вечно пьяного скандалиста любили самые роскошные женщины. От красавицы Жюльетт Греко, по которой вздыхали все французские мужчины, до Брижит Бардо, по которой вздыхали мужчины уже всего мира.
Брижит, надо сказать, была глубоко замужем за немецким бизнесменом Гюнтером Саксом и являлась на момент встречи с Генсбуром звездой такой величины, что Серж в буквальном смысле онемел, растерял большую часть своей харизмы, бесповоротно влюбился и по этому поводу от ужаса нахамил Бардо. Понимая, что ситуацию не исправить, и платиновая блондинка навеки исчезнет из его жизни, он за одну ночь сочинил две чуть ли не самых лучших песни за свою карьеру – «Bonnie et Clyde» и«Je T’aime … Moi Non Plus». К его удивлению, Бардо немедленно согласилась на второе свидание, потом на третье, и так далее.
Расставшись с Брижит, Серж немедленно закрутил роман с английской актрисой Джейн Биркин, которая была на 18 лет моложе его. Удивительным образом, когда Генсбур предложил Бардо и Биркин сняться вдвоем в постельной сцене в фильме «Дон Жуан 73», обе незамедлительно согласились. Джейн потом вспоминала эту обнаженную сцену: «Я пыталась увидеть каждый сантиметр ее тела, чтобы убедиться, что Бардо прекрасна так, как я ее себе представляла. Я изучила ее от макушки до пяток, и могу сказать – нет на свете мужчины, который бы устоял перед ней».
Позже она же написала в автобиографии: «Ему нравилось, когда его окружали женщины. Он комплексовал по поводу собственной внешности, но компенсировал это женским вниманием. Он не был красив внешне, но был красив внутри. Он обладал невероятным шармом, и как только Серж осознал, что он у него есть, он немедленно стал пользоваться популярностью у красавиц».

gainsbourg5

Генсбур ввел моду на женские оргазмы и разбогател на этом

Песню « Je T’aime… Moi Non Plus» знают все – от Северного до Южного полюсов. Первоначально песня была записана с Бриджит Бардо, но та, первоначальная версия увидела свет лишь много лет спустя. Причиной тому были шокирующие по тем временам звуки женского оргазма, который издавала Бардо. Надо сказать, что изначально они не задумывались. Но Генсбур и Бардо решили записать песню вместе в один в микрофон. Для, так сказать, достоверности. По воспоминаниям саундпродюсера Уильяма Флажоле, то, что происходило в тесной студии, больше всего напоминало «жесткий петтинг». Услышав запись, муж Бардо, Гунтер Сакс под страхом судебных разборок запретил ее издавать.
В 1969 году Генсбур перезаписал композицию вместе с Джейн Биркин. Надо ли говорить, что она стала хитом №1 в Европе, Англии и США? Проданная миллионами экземпляров, она принесла Генсбуру кучу денег. Правда, ее запретили транслировать по радио в Великобритании. В Испании, Швеции, Италии и Франции ее не должны были ставить в эфир раньше одиннадцати вечера. Ватикан предал песню анафеме, а в Америке продажу сингла в магазинах ограничили пометкой «18+».
Скандальная популярность песни подвигла самых значимых звезд музыкальной сцены по обе стороны океана – от Марианны Фейтфулл до Валери Лагранж – в своих композициях тоже начать использовать характерные охи и ахи. Но их песни, к величайшему разочарованию, бану не подвергались. Видимо, девушки звучали не столь убедительно…

gainsbourg2

Генсбур провоцировал

Да, это было у него в крови. Чуть ему становилось скучно, Серж мгновенно выкидывал неожиданные коленца и навлекал на свою голову общенародный гнев. В 1975 году, спустя ровно 30 лет после окончания Второй Мировой, он выпускает альбом «Rock Around the Bunker», скандальный альбом, заходная песня с которого «Nazi Rock» рассказывала историю офицеров СС, одетых трансвеститами и отплясывающими рок-н-ролл в Ночь Длинных Ножей. Вкупе с остальными композициями, вроде «Eva» и «SS in Uruguay», повлекли за собой обвинения в неуважении Германии (уже дружественной) и сионизме.
В 1979-м, он записал «французское все», Марсельезу, в стиле регги. Буквально. Вместе с бэквокалистами Боба Марли, в ямайском Кингстоне, и назвал композицию «Aux Armes et caetera» (К оружию и т.д.). Неизвестно, что возмутило французов сильнее – «изувеченный» гимн или строчка «и так далее», но Сержу в буквальном смысле устроили бойкот. Самым лестным отзывом в прессе было: «Он пытается заработать денег на национальном достоинстве французов», которым, как известно, они очень дорожат. «Простые честные французы» в своих письмах просто обещали «убить его при встрече».
В 1980-м он, протестуя против повышения налогов, во время прямого эфира на телевидении, прикурил сигарету от 500-франковой купюры. Само собой, это повлекло за собой огромный штраф «за порчу банкнот». Но хуже было другое. В отместку за «неуважение отца к Республике», одноклассники его дочери, маленькой Шарлотт, сожгли все ее тетради и учебники, чем довели чувствительного подростка до нервного срыва…

gainsbourg3

Генсбур подарил миру свою дочь

По воспоминанию Эндрю, брата Джейн Биркин, в день, когда Шарлотт дожна была появиться на свет, они вместе с Сержем здорово надрались в баре напротив больницы. Больше всего на свете Серж опасался, что Шарлотте передадутся «дурные гены непутевого отца». Надо сказать, его опасения, слава богу, не оправдались. Но «сделать скандал» и вовлечь в него свою дочь – это было святое.
В 1984 году Генсбур выпускает альбом «Love on the beat», в названии которого обыгрывает омоним французского слова bite (член). Заглавной песней на нем выступает композиция «Lemon Incest» (Лимонный инцест), которую он исполняет вместе с 12-летней Шарлотт.
А в 1986-м на экраны выходит его фильм «Шарлотта навсегда» – пронзительная, провокационная история любви-ненависти между отцом и дочерью, главные роли в которой играют Серж и Шарлотт. Естественно, по выходу фильма, Генсбура неоправданно обвинили в инцесте. Хотя история «Гумберта»–алкоголика, снедаемого страстью к собственной дочери, получилась очень убедительная. Кроме того, Шарлотта киношная дала старт кинематографической карьере Шарлотте настоящей.

gainsbourg4

Генсбур умер легендой

В мае 1973 у Генсбура случился первый инфаркт. Уезжая из своего дома в Сен-Жермен на карете скорой помощи, он, находясь практически без сознания, попросил захватить плед от Hermès – «потому что во всем должен быть стиль». Врачи откачали бедовую звезду, настрого запретив ему пить и курить. Надо ли говорить, что буквально через неделю он позвал в больничную палату журналистов давать интервью о своем «околосмертельном» опыте, во время которого пил прямо из горлышка где-то найденный виски и прикуривал Gitane одну от другой?..
Последний инфаркт случился у Генсбура 2 марта 1991-го. Он похоронен на кладбище Монпарнасс вместе со своими родителями – Ольгой и Иосифом Гинзбургами. Прощаться со звездой пришли самые известные люди – Катрин Денёв, Изабель Аджани, Франсуаз Арди, Джони Холлидей, Эдди Митчел и даже Франсуа Миттеран, произнесший над его могилой замечательную речь: «Серж – наш Бодлер, наш Аполлинер… поднявший песню на новый уровень искусства»…

 

Опубликовано в номере Сентябрь-Октябрь 2015

 

← В нажатии кнопки «Нравится» - никаких побочных эффектов, но много интересного
Anounce Appstore Selz-pdf Selz-paper Abbonement