Рубрика
История

День взятия Бастилии: вся правда о 14 июля

bastille-salut
Как это часто случалось в истории, с «Самым Главным Праздником Франции» произошла банальная подмена понятий. Ведь во что верит весь мир? В то, что 14 июля 1789 года возмущенный непосильной жизнью народ-труженник до камушка разобрал самую ужасную тюрьму на свете, где томились в застенках сотни узников королевского режима, и ровно с этого дня на Францию снизошло благополучие, заодно со свободой, равенством и братством. Что, собственно, с тех пор и отмечают, как ежегодный национальный праздник с парадами по Елисейским и обязательным вечерним салютом.

Но, на самом деле, реальная история самого революционного праздника Франции, отнюдь не так однозначна. Начнем с самого начала. Бастилия не всегда была тюрьмой, а просто фортификационной башней, построенной для защиты города еще во времена Столетней войны. И только веке в 17, стала, мягко выражаясь, курортом строгого режима для аристократов. Да, да – разбушевавшаяся революционная чернь «спасала» вовсе не политзаключенных, томящихся в действительно нечеловеческих условиях в тюрьмах на окраинах, и не невинно осужденных. По сути, охреневшим от свалившейся на их голову вседозволенности санкюлотам – большей частью приехавшим из провинций и плохо разбиравшимся в устройстве Парижа – было совершенно все равно, что крушить, лишь бы крушить. 13 июля пьяные крестьяне с вилами и топорами в руках ворвались в Дом Инвалидов и завладели тамошним небольшим арсеналом оружия. Кому пришла в голову светлая мысль пойти крушить Бастилию – история умалчивает, хотя имя человека, призвавшего народ к бунту, она сохранила – некий Камиль Демулен воплем: «Да сколько можно над нами глумиться? Париж, к восстанию!» дал толпе повод начать самую настоящую бойню.

Но вернемся к Бастилии и ее обитателям, которыми в свое время побывали и Вольтер, и знаменитый граф Калиостро, и не менее знаменитый «Человек в железной маске», и Николя Фуке, и даже Маркиз де Сад. Последнему не повезло – за пару дней до бойни его за буйное поведение перевели из комфортной тюрьмы в тюремную психушку Шарантон. То есть вот при таком списке заключенных вы всерьез полагаете, что Бастилия была жутким местом? Отнюдь. Жутким местом был тот же Шарантон или Бесетр, но никак не условно пенитенциарное заведение, где «заключенные» спали на голландских простынях, каждый день питались разнообразно, не отказывая себе в вине, могли спокойно ходить друг к другу в гости и прогуливаться в оранжерее. В день на содержание каждого «узника кровавого режима» тратилось от 36 до 50 ливров (а если вы помните «Трех мушкетеров», те вчетвером безбедно кутили целую неделю на 40 ливров). Кроме того, несчастные зеки могли держать рядом с собой слуг, поваров, и даже вызывать порою женщин легкого поведения. Без фанатизма, конечно, не чаще двух раз в неделю. Содержание тюрьмы обходилось Франции более чем в 50 000 ливров в год, и решение о ее закрытии уже давно было принято, но народ в очередной раз опередил государство. И освободил томящихся в застенках аристократов. Этих освободил, а других принялся резать и вешать. Нормальная логика революционной на всю голову гопоты.

bastille

На момент взятия Бастилии, там в «невыносимых условиях» содержалось аж 7 человек! Четверо сидели за подделку денег, один молодой человек за неприличное поведение в общественном месте, еще один – за то, что «неподобающе» посмотрел на фаворитку короля, и лишь граф де Лорж уже сорок лет мотал срок за убийство и людоедство. Вот за этих-то «жертв тирании» и пришли биться санкюлоты.

На самом деле, организаторам бунта нужны были старые, уже отслужившие свой срок пушки, стоявшие в бойницах крепости. О чем они и сообщили коменданту крепости, маркизу Делонэ. И получили вежливый отказ. Черни становилось явно скучно, винные погреба по пути следования уже были опустошены, и им хотелось драйва. Поэтому, потрясая топорами и самодельными пиками, они в итоге, ринулись на крепость, которую охраняли 30 швейцарских гвардейцев и 82 списанных со службы солдата-инвалида. Нет, в буквальном смысле. Ну, чего там охранять, если заключенным и самим не особо хочется оттуда уходить?

После четырехчасового сражения, во время которого санкюлотный сброд в основном калечил сам себя, солдаты решили на свою беду крепость сдать, за что большинство из них были мгновенно растерзаны озверевшей толпой. Как, впрочем, и маркиз Делонэ, которому вообще отпилили голову кухарским ножом. Заключенных, не слишком радующихся такому развитию событий, вытолкали из камер на все четыре стороны. А крепость принялись разбирать. Следить за реализацией проекта по сносу был назначен некий Палуа. Когда внешние стены Бастилии разобрали, сей человек на ее руинах устроил народные гулянья под открытым небом и вывесил табличку: Ici l’on danse, ah ça ira, ah ça ira! (Здесь танцуют, и все хорошо). Учитывая, что за несколько недель до того на этом месте погибло самым ужасным образом более двух сотен человек, и в воздухе, говорят, еще витал запах пороха и крови, это кажется верхом цинизма. Впрочем, гопоте понравилось. Как и то, что камни Палуа пустил на строительство моста Конкорд, а из оставшихся наладил производство сувениров.

bastille-vue_aérienne-architecture

Составить себе представление о размерах Бастилии можно по булыжным меткам, оставленным на площади

Пришедший вслед за этим якобинский террор на сто лет погрузил Францию в хаос бесконечных революций, и вынудил понастроить так много тюрем, что уничтожение Бастилии уже не казалось разумным решением. Так что в следующий раз, задыхаясь от восторга при виде освещающих небо Республики салютов, волей неволей задумаешься, а действительно ли так хорош этот праздник, воспевающий братоубийственную резню. Хотя кто сейчас об этом помнит? Выходной же!

← В нажатии кнопки «Нравится» - никаких побочных эффектов, но много интересного
Anounce Appstore Selz-pdf Selz-paper Abbonement