Рубрика
История

Битва золотых шпор

guldensporenslag_0001
Сражение при Куртрэ, маленьком городке во Фландрии – одно из самых необычных в истории мировых войн. Впервые легкой пехоте удалось нанести поражение тяжелой кавалерии. И да, французы были разгромлены на голову, а историки до сих пор не могут понять, как это вообще могло произойти…

Король Франции Филипп IV Красивый не был бы королем, если бы не мечтал расширить границы своих владений. Поэтому, когда его взгляд упал на графство Фландрское (ныне часть Бельгии), он, недолго думая, его захватил и присоединил к своему королевству. Многие историки утверждают, что произошло это якобы потому, что фламандцы имели эксклюзив на импорт тончайшей шерсти из Англии и продавали его по заоблачной цене, а Филипп Красивый славился своей жадностью и терпеть у себя под боком независимого и богатого, но мелкого соседа – не мог. Возможно, все было именно так, утверждать не будем. Известны лишь причины кровопролитной битвы, случившейся 11 июля 1302 года. Она должна была стать карательной операцией, а обернулась ужасным поражением.

Просто за месяц до этого, одной майской ночью, недовольные фламандцы почти полностью вырезали в Брюгге военный гарнизон французов во главе с назначенным наместником во Фландрии – Жаком де Шатийоном, воином отважным, но политиком откровенно слабым. С этого момента и началась затяжная война между двумя странами. На стороне Франции были мощь, человеческие ресурсы и большие деньги, у Фландрии – не было ничего, кроме отчаянного желания прогнать захватчиков со своей родины. Отступать им было некуда, поэтому они вооружались подручными средствами и молились всем святым.

Филипп Красивый на мятеж обиделся и послал для его подавления большую армию, которую возглавил Робер II д’Артуа, племянник Людовика IX, человек самого благородного происхождения и редкой отваги. Естественно, как опытный полководец, граф д’Артуа надеялся на скорую и безоговорочную победу. Ведь он прекрасно знал, что его хорошо обученным и вооруженным солдатам будут противостоять отряды крестьян, которые серьезнее мотыги ничего в руках не держали. Да и силы явно были на его стороне: против 8 000 фламандцев с самодельными дубинками выступили почти 10 000 французов – две с половиной тысячи конников, основу которых составляли рыцари и их оруженосцы, тысяча арбалетчиков, тысяча копьеносцев и все остальные в качестве легкой пехоты.

Единственное, что не учел д’Артуа – две армии разделял болотистый ручей Гренинге, да и фламандцы успели понарыть кучу заградительных рвов и ловчих ям. То есть войско Фландрии выбрало практически идеальное место для отражения атаки: с тыла их защищала река Лис, спереди – ямы и болота. Сражаться они решили до победного конца. Говорят, атакуя, французские всадники даже не замечали преграждающие им путь рвы, но врезавшись в первые ряды фламандцев, они обнаружили, что «нищие крестьяне» отступать не намерены. Бронированная конница, состоявшая из лучших представителей французского рыцарства, неожиданно увязла. Во всех смыслах этого слова. Рыцарь Годфруа Брабантский, отчаянно ринувшийся в самую гущу боя, поверг на землю командира фламандцев Гийома де Жюлье, но следом за этим его самого сдернули из седла и растерзали. В смятении французские всадники начали отступать, и вдруг оказалось, что рвы и ямы, которых они не замечали, идя в атаку, в процессе отступления стали для них непреодолимыми препятствиями. Даже конь Робера д’Артуа не спас от смерти отважного рыцаря – оступившись, он провалился в болото вместе со своим седоком.

После гибели военачальника, французы с поля боя рванули врассыпную. Фламандцы преследовали их несколько километров, отказывая в милости желающим сдаться и добивая одного за другим. Погибших решено было не хоронить, зато с трупов французских рыцарей сняли 700 золотых шпор, символов принадлежности к высшей знати, и выставили на всеобщее обозрение в соборе в Куртрэ. С тех пор историки эту битву иначе, как «битвой золотых шпор» и не называют.
Так, впервые в истории, Фламандский Лев растоптал Золотую Лилию. Правда, победу праздновали недолго. Война продолжалась, Фландрия терпела поражение за поражением. И в итоге заключила мир с Филиппом Красивым на крайне невыгодных для себя условиях – часть графства полностью отошла короне, а часть признала вассальную зависимость. Все зачинщики мятежа были выданы Франции и повешены, а церковь в Куртрэ – разграблена и сожжена дотла.

flandre

 

Сейчас на месте Куртрского (Кортрийкского) собора – Музей «боевой славы». И золотые шпоры, навеки утерянные фламандцами после череды поражений, заменены их копиями. Однако, бельгийцы действительно гордятся своей единственной, надо сказать, победой над «большим соседом».

 

flandre2

 

В Брюгге стоит памятник Яну Брейделю и Питеру де Конинку, зачинщикам восстания и организаторам майской резни. Перед началом боя при Куртрэ, Ги Нимурский, предводитель фламандцев, собственноручно посвятил их в рыцари. Для бельгийцев они национальные герои.

 

Опубликовано в номере Сентябрь-Октябрь 2015

 

← В нажатии кнопки «Нравится» - никаких побочных эффектов, но много интересного
Anounce Appstore Selz-pdf Selz-paper Abbonement