Рубрика
История

Дело о Нельской башне: три невестки короля

Tour-de-Nesle
У Филиппа IV Красивого (внешние данные монарха, впрочем, можно подвергнуть сомнению, но прозвище это останется в веках), как у каждого уважающего себя короля, было три сына. И, соответственно, три невестки. И в отношении его сыновей, и в отношении их избранниц известная присказка из русских сказок про то, что «старший – умный был детина, средний был и так и сяк, младший вовсе был дурак» – подходит идеально. Ибо две из этих девушек, заведя интрижку на стороне, невольно сместили с престола правящую династию.

Впрочем, им было на кого ровняться. Супруга Филиппа Красивого, Жанна Наварская, утомленная холодностью своего супруга, которому родила четырех детей (да, помимо сыновей у королевской четы была и дочь – Изабелла, из-за нее-то вся эта история и завертелась), говорят, устроила в Нельской башне настоящее гнездо разврата, куда ночами приходили красавцы-студенты и рыбаки, а утром покидали здание в мешках и с камнями на шее, отправляясь прямиком на дно Сены. Жанна Наварская прекрасно знала – свидетелей оставлять нельзя ни в коем случае. И потому действовала, как Клеопатра за много сотен лет до нее – ночь удовольствий с королевой стоила наутро жизни отчаянному любовнику. Хотя, надо сказать, желающих прикоснуться к прелестям прекрасной Жанны, меньше не становилось. Однако ее невестки опыта свекрови, к сожалению, не учли…

В 1308 году король Англии Эдуард II посетил Францию. Не просто так, конечно. А чтобы сочетаться законным браком с Изабеллой, дочерью Филиппа Красивого. И неважно, что Эдуарда больше привлекали мальчики, и это был известный факт – важно было заключение мира с Францией. А то, что удовлетворить молодую жену он не мог и не хотел, довольствуясь объятиями своего фаворита Пирса Гэйвстоуна – это всего лишь детали в суровом мире политики. Правда, Гэйвстоун подозрительно быстро скончался, влиять на Эдуарда больше было некому, и девица прибрала к рукам весь Альбион, отныне заполучив имя Изабеллы Английской. Есть подозрения, что тотальная неудовлетворенность в интимной жизни привела к тому, что она жутко завидовала своим невесткам – молодым, красивым и любимым Маргарите, Бланш и Жанне.
Может, если бы не эти самые личные проблемы, Изабелла никогда бы и не обратила внимания на двух молодых рыцарей, выходящих из печально известной Нельской Башни, располагавшейся прямо напротив Лувра, с богато вышитыми кошельками на поясе, которые Изабелла намедни подарила своим «сводным сестрам». Ведь какое дело удовлетворенной женщине до чужого интима? А тут – нет. Первое, что сделала Изабелла, помчалась к папочке стучать на «странную ситуацию».

Tour-de-Nesle-The-Pont-Neuf-and-the-Isle-de-la-Cite-by-Hendrik-Mommers

Картина Эндрика Соммерса «Вид на Нельскую башню, Новый мост и остров Сите»

Филипп бы и рад был закрыть глаза на возможный адюльтер своих невесток, чтобы не баламутить воду, да вот только незадолго до этого он успел поссориться с Папой Римским, а заодно и с сильным орденом Тамплиеров. Причина, конечно, была в деньгах, с которыми Филипп Красивый ужасно не любил расставаться, и всем был должен. Скандал с невестками, а еще больше с потенциальными наследниками престола, по слухам рожденными черт знает от кого, и автоматически лишившимися права на трон, серьезно подорвали репутацию короля. А слухи по Парижу ходили самые смелые – из уст в уста передавались шокирующие «сведения» об оргиях, еженощно устраиваемых в Нельской Башне развратными невестками короля. И так не слишком любимый король, Филипп Красивый, проведший множество непопулярных реформ (он, скажем, увеличил налоги и ввел унифицированную одежду для всех горожан, чтобы не выделялись) оказался меж двух огней.

Поэтому не удивительно, что он приказал схватить двух молодых нахалов, «посягнувших на честь его духовных дочерей» – Готье и Филиппа д’Онэ. Под пытками те быстро во всем сознались. Впрочем, учитывая «человеколюбивость» Средневековья, когда тебе поджаривают на углях пятки, одновременно растягивая на дыбе, сознаться можно в чем угодно, и сделать это быстро и охотно. Братья же д’Онэ признались в том, что имели связь с принцессами Маргаритой и Бланш, а малышка Жанна обо всем знала и прикрывала их любовные свидания.

tour-de-nesle-1954-13-g

Кадры из фильма Абеля Ганса «Нельская башня», 1954 г.

Маргариту Бургундскую, жену Людовика X Сварливого, упекли в Шато-Гайар, где, по приказу супруга, и удавили через год. Вместе с ней в заключение попала и ее кузина Бланш, жена Карла IV (тоже кстати, носящего прозвище Красивый). Однако, в отличие от своего брата, тот отнесся к измене супруги с пониманием, и никаких насильственных действий в отношении нее не предпринимал. Ему вообще, кажется, было глубоко безразлично, что происходит с женой, ровно до того момента, пока он не решил развестись, и не отправил в Шато-Гайар Этьена де Бонне, епископа Парижского, для переговоров о расторжении брака. На что Бланш легко согласилась, даже не выпросив себе помилование, хотя имела на это полное право. Правда, в соседней с замком-тюрьмой деревне Андели, поговаривали, что красавица Бланш даже в заключении себе ни в чем не отказывала, крутя роман с двумя своими охранниками. То ли за это, то ли по какой другой причине, Бланш, в итоге, отправили в монастырь Мобюисон, где она скоропостижно скончалась. Что уже, согласитесь, не удивительно.

Жанна Бургундская, признанная пособницей в любовных делах своих кузин, но не обвиненная в измене, на два года оказалась в Дурданском замке, совсем неподалеку от Парижа (туда сейчас ходит RER, и любой желающий может полюбоваться на донжон, где содержали малышку Жанну – не самое, кстати сказать, плохое место для заключения). Да и пробыла она там относительно недолго. Искренне влюбленный в жену Филипп V, по прозвищу Длинный, вымолил у своего брата Людовика X, ставшего к тому моменту королем, прощение для супруги.

Что же сделали с братьями-прелюбодеями д’Онэ? Несмотря на их высокое происхождение и доблестную службу короне, их кастрировали, колесовали, залили в глотки расплавленное олово, протащили трупы по всему городу и повесили у городских стен. Чтобы другим было неповадно заглядываться на особ королевской крови.

Франция действительно содрогнулась и перестала отпускать шуточки в адрес короля. Двор притих, и склонился в поклоне. Даже Римский Папа на всякий случай забыл про гигантский долг Филиппа его церкви. А то – мало ли что…

Правда, династию Капетингов это все равно не спасло. Одни утверждают, что сработало проклятие Жана де Моле, главы ордена Тамплиеров, сожженого на костре осмелевшим от таких дел Филиппом IV, другие – что проклятия Маргариты и молитвы Бланш. Как бы то ни было, одна, ну, хорошо, две супружеские измены изменили историю Франции, и на престол надолго взошли Валуа.

 

Опубликовано в номер Май-Июнь 2015

 

← В нажатии кнопки «Нравится» - никаких побочных эффектов, но много интересного
Anounce Appstore Selz-pdf Selz-paper Abbonement